ПОЛКОВНИК БЕРГ

ПОЛКОВНИК БЕРГ


Для чего он езял шпагу в левую руку, когда его ранили в правую, и пошел вперед?

Берг припоминает Молчалина: у того два свойства — умеренность и аккуратность», этот, в свою очередь, «во время похода получив роту, успел своею исполнительностью и аккуратностью заслужить доверие начальства». (Курсив мой. — Н. Д.) Вправду, Молчалин и Берг — 1-го толка бюрократы. Но люди они различные, и, может быть, Берг труднее.

Мы еще не знакомы с ним, когда слышим в первый раз его имя, — Наташа, «разгорячась», гласит Вере:

«У каждого свои секреты. Мы тебя с Бергом не трогаем... Ты кокетничай с Бергом сколько хочешь...»

Уже то, что с Бергом кокетничает Вера — прекрасная, прохладная, размеренная Вера, всегда говорящая противные вещи, так непохожая на других Ростовых, — уже одно это настораживает.

Но вот и он сам — «свежий, розовый... идеально вымытый, застегнутый и причесанный» — посиживает в кабинете старенького графа Ростова и «розовыми губами» выпускает дымок «из прекрасного рта».

Берг неприятен нам сходу, как неприятен Толстому, и он не поменяется; с первых страничек до последних он остается этим же осторожным, рассудительным, чисто вымытым розовым офицером; только чины его будут изменяться.



«Берг гласил всегда с ювелирной точностью, тихо и учтиво. Разговор его всегда касался только его 1-го; он всегда расслабленно молчал, когда гласили о чем-нибудь, не имеющем прямого к нему дела... Но как скоро разговор касался его лично, он начинал гласить обширно и с видимым удовольствием».

Все его рассказы — это рассуждения вслух о собственной выгоде: «Будь я в кавалерии, я бы получал менее двухсотен рублей в третья часть, даже и в чине поручика; а сейчас я получаю двести 30...», «Я, понимаете, граф, не хвалясь, могу сказать, что я приказы по полку назубок знаю... Потому, граф, у меня по роте упущений не бывает. Вот моя совесть и спокойна».

Бергу прибыльно не только лишь получать двести 30 рублей, да и быть добросовестным. Он хлопочет не только лишь о повышении в чине, да и о размеренной совести. Он по-своему патриот: встретившись с Ростовым на войне, «надел чистейший, без пятнышка и соринки, сюртучок, взбил перед зеркалом височки наверх, как носил Александр Павлович, и... с приятной ухмылкой вышел из комнаты». (Курсив мой. — Н. Д.) Его патриотизм — в подражании и преданности царю.

У него тоже есть собственный нравственный эталон: «В нашей породе фон Бергов, граф, все были рыцари...» Согласно этому нравственному эталону, он и сделал «подвиг» при Аустерлице: взял шпагу в левую руку и пошел вперед. Ему было жутко, но он преодолел ужас. Он имел право уйти с поля боя, но не ушел, остался...

Зато уж позже он выдавит из собственного «рыцарского» поведения все, что может быть.

Это не твердый расчет, нет. Это таковой уверенный в себе эгоизм, что можно было бы ему удивляться, если б он изредка встречался в людях. Но, к огорчению, он встречается не так изредка.

Берг не просто расчетлив, эгоистичен, скуп — он твердо убежден, что по другому жить нельзя; потому ему не постыдно говорить о том, как переводом в гвардию он уже выиграл чин перед своими товарищами по корпусу, как в военное время ротного командира могут уничтожить и он, оставшись старшим в роте, может совсем не сложно быть ротным...»

Это припоминает уже не Молчалина, а Скалозуба: «Довольно счастлив я в товарищах моих; вакансии как раз открыты: то старших выключат других; другие, смотришь, перебиты...» Но Скалозуб — тупой полуграмотный солдафон, а Берг — милый, учтивый, осторожный...

Для графини Веры Ростовой Берг совсем не блестящая партия. Пару лет вспять его предложение, непременно, было бы отклонено, ну и он сам, четыре года вспять показав Веру собственному товарищу и сказав: «Она будет моею женою», — не спешил делать предложение. Он был безвестный дворянин из обрусевших германцев; она — женщина из богатой и знатной семьи. Но Берг терпелив — он ожидал четыре года, и за этот период времени почти все поменялось: «дела Ростовых были очень расстроены... а главное, Вере было 20 четыре года, она выезжала всюду, и, невзирая на то, что она непременно была хороша и рассудительна, до сего времени никто никогда ей не сделал предложения».


Загрузка...

Граф Илья Андреевич разъясняет Верину непохожесть на всю свою семью тем, что «графинюшка мудрила» со старшей дочерью. Не много возможно, чтоб любящая мама могла настолько не мало «намудрить». Ростовы, живущие открыто, по-старинному, не задумываясь, просто не увидели, как их старшая девченка становилась все холоднее и эгоистичнее по мере того, как появлялись новые детки и добивались собственной толики материнских хлопот. Естественно, ее баловали, как баловали и Николая, и Наташу, и Петю, — но те трое обожали друг дружку, обучались у отца быть хорошими и мыслить не только лишь о для себя. Рядом с ними росли Соня и Борис, нуждавшиеся в духовном тепле... Вера же с юношества сообразила, что ей мешают другие детки, что они излишние; недаром она делает выговор Николаю за взятую у нее чернильницу; недаром возмущается «секретами» Наташи и Сони; они все ее раздражают; у нее одна забота — о для себя.

Берг верно избрал для себя супругу и верно высчитал время, когда сделать предложение. К 1809 году он уже не тот безвестный офицер, который посиживал в кабинете графа Ростова в 1805 году.

«Берг недаром демонстрировал всем свою раненную в Аустерлицком сражении правую руку и держал совсем ненадобную шпагу в левой. Он так упрямо и с такою значительностью говорил всем это событие, что все поверили в необходимость и достоинство этого поступка, — и Берг получил за Аустерлиц две награды». Еще две заслуги он получил за то, что в Финляндской войне «поднял осколок гранаты, которым был убит адъютант около главнокомандующего, и поднес начальнику этот осколок».

Самое поразительное, что, упрямо повторяя рассказы об этих собственных подвигах, Берг совсем не задумывается о карьере: он любит себя и убежден, что каждый его поступок значителен и важен другим людям, что всем любопытно знать, как он отличился. В итоге в «1809-м году он был капитан гвардии с орденами и занимал в Петербурге какие-то особые прибыльные места».

И женился он совсем не по расчету. Вера издавна произвела на него воспоминание. Еще в 1805 году он «с ласковой ухмылкой гласил с Верой о том, что любовь есть чувство не земное, а небесное», и веровал тому, что гласил. Вера — та супруга, какая ему нужна, «прекрасная, почетная женщина... Вот другая ее сестра — одной фамилии, а совершенно другое, и противный нрав, и разума нет того, и этакое, понимаете?.. Неприятно...» Берг женился по любви, как он соображает любовь, «но нужно, чтобы супруга принесла свое, а супруг свое», потому он торгуется со старенькым графом самым натуральным образом: «Берг, приятно улыбаясь, растолковал, что, нежели он не будет знать правильно, что будет дано за Верой, и не получит вперед хотя части того, что назначено ей, то он принужден будет отрешиться.

— Так как, рассудите, граф, нежели бы я сейчас позволил для себя жениться, не имея определенных средств для поддержания собственной супруги, я поступил бы подло...»

И граф Ростов на дону, естественно, дает ему даже больше средств, чем он просит, так как старенькый граф от таких дискуссий пропадает, ему чего-то постыдно, и он желает поскорей покончить с расчетами.

Тяжело представить для себя таких различных людей, как Илья Андреевич Ростов на дону и Берг. Старенькый граф разорился, угощая обедами и ужинами всю Москву, а Берг даже товарищу собственному желал было сказать: «вот будете приходить к нам обедать», но произнес: «чай пить». Но ведь расточительный граф Ростов на дону оставил собственных деток без средств, и супруга его, став вдовой, будет перебиваться только благодаря самоотречению отпрыска; а Берг и родителям своим устроил аренду, и детям своим оставит солидное состояние.

Чем все-таки плох осторожный, старательный, очень твердо соблюдающий свое представление о долге и чести Берг?

Тем, что его представление о чести и долге беспощадно, в нем нет места другим людям. Это обнаружится со всей ясностью еще позднее, когда наполеоновская армия подойдет к Москве, и российские негоцианты, еще вчера втридорога продававшие сено своим, сейчас будут жечь его, чтоб не досталось противнику; Наташа начнет выбрасывать из подвод вещи всей семьи, чтоб увезти с собой покалеченых; весь люд — другими словами каждый человек! — будет мыслить не только лишь о с е б е; но люди, подобные Бергу, останутся собой — и сам он, таковой же чистенький, как обычно, будет озабочен покупкой шифоньерочки для собственной возлюбленной супруги.

Не стану уверять, что Берг когда-нибудь расплатился за то, что жил так мелко и самодовольно. Нет. Он всю жизнь будет ощущать себя счастливым и таких же вырастит деток; он никогда ни в чем же не раскается.

Чацкий был по-своему прав, когда гласил: «Молчалины блаженствуют на свете». Они блаженствуют поэтому, что их счастье просто достижимо. Да, Берг счастлив. Но ведь несложно — достигнуть его эталона счастья!

Вот он посиживает, уже полковник, в «чистеньком с иголочки мундире, с припомаженными наперед височками, как носил сударь Александр Павлович», в собственном «новом, чистом, светлом, убранном бюстиками, и картинами, и новейшей мебелью кабинете», рядом прекрасная супруга его в новейшей узорчатый пелеринке, какая была на княгине Юсуповой... К ним съезжаются гости, и Берг счастлив оттого, что «вечер был как две капли похож на всякий другой вечер... все было, как и у всех», и в серебряной плетенке были вточности такие же печенья, «какие были у Паниных на вечере, все было совсем так же, как у других».

Этот эталон жизни враждебен Толстому сначала поэтому, что люди не должны быть схожими. Рвение быть, как все, рождает обывателя, а филистерство, может быть, самая тяжкая болезнь общества. Там, где граждане перевоплотился в мещан, останавливается духовное развитие людей и страны, там неосуществим прогресс.

Аккуратная и безопасная на 1-ый взор психология Берга несет с собой смерть нравственности. Не торопитесь смеяться над Бергом — он не смешон, а страшен. И в особенности поэтому, что его эталон счастья не погиб, он есть и сейчас: прекрасная супруга, новая с иголочки одежка, квартира — все, как у других, как у всех... Поглядите вокруг себя — разве вы не видите людей, замолкающих, как разговор не касается лично их, страдательно убежденных, что главное в жизни — их благополучие и продвижение по службе. Загляните в свою душу — вы убеждены, что там не спрятался Берг? Кто изгонит его, кто защитит вас от него, если не вы сами?




Возможно Вам будут интересны работы похожие на: ПОЛКОВНИК БЕРГ:


Похожый реферат

Похожый реферат

Похожый реферат

Похожый реферат

Похожый реферат

Похожый реферат

Похожый реферат

Похожый реферат

Похожый реферат

Похожый реферат

Похожый реферат

Похожый реферат

Похожый реферат

Похожый реферат

Похожый реферат

Похожый реферат

Cпециально для Вас подготовлен образовательный документ: ПОЛКОВНИК БЕРГ